Рууд Геелс

Рууд Гертруда Мариа Геелс

Дата рождения: 28 Июля 1948 года

Место рождения: Харлем

Амплуа: нападающий

Первый матч за сборную: 27 марта 1974 года с Австрией 1:1

Последний матч: 14 октября 1981 года с Бельгией 3:0

Клубы:

Telstar 1964-66

Feyenoord Rotterdam 1966-70

Go Ahead Eagles 1970-72

Club Brugge 1972-74

Ajax Amsterdam 1974-78

R.S.C. Anderlecht 1978-79

Sparta Rotterdam 1979-81

PSV Eindhoven 1981-83

NAC 1983-85

Титулы:

Вице-чемпион мира 1974 года

Победитель Кубка чемпионов 1970 года,

Победитель Суперкубка Европы 1978 года,

Чемпион Голландии 1969, 1977 годов,

Обладатель Кубка Голландии 1969 года,

Чемпион Бельгии 1973 года.

Лучший футболист Голландии 1975, 1976, 1977 годов.

Лучший бомбардир Голландии 1975(30), 1976(29), 1977(34), 1378(30), 1981(22) годов.

Обладатель «Серебрянной бутсы» среди лучших бомбардиров национальных чемпионатов Европы 1975 года. (30 голов) (по версии журнала «France-Football»)

Обладатель «Бронзовой бутсы» среди лучших бомбардиров национальных чемпионатов Европы 1977 года. (34 гола) (по версии журнала «France-Football»)

Обладатель «Бронзовой бутсы» среди лучших бомбардиров национальных чемпионатов Европы 1978 года. (32 гола) (по версии журнала «France-Football»)

< >

Ненавистные рамки, в которых приличествует держаться… Несносные классификации, в которые тщетно пытаешься вместиться… Нестерпимые орбиты людских предрассудков, по которым надлежит вращаться… Слишком много НЕ, чтобы бы брать правдой… Слишком много НЕ, чтобы не выйти из игры… Есть люди, о которых принято говорить – «Особый случай». «Альбинос» голландского футбола Рууд Геелс один из них. Наш ответ Чемберлену, то бишь, простите за окказиональный выверт, Герду Мюллеру. Настоящая фабрика по производству голов, успевший поиграть едва ли не за все ведущие команды Бенилюкса и наколотивший более 600 мячей за свою карьеру, он никогда не был в фаворе у тренеров Оранье. Такой забивной, такой «неголландский». Его уважали за мастерство, но побаивались неуправляемого характера и сторонились репутации предателя и перебежчика, от которой не избавиться как крестом от черта. В истории голландского футбола он стоит подчеркнуто особняком, но ведь каждый делает свой маленькой шажочек в свое большое бессмертие. Он предпочел сделать такой. Рууд Гертруда Мариа Геелс и его «обязательная война». Хроника побед и поражений…

Это от ума — значит от дурости
Это от ума — значит от дурости*

Он родился в Харлеме 28 июля 1948 года. Город цветов, город всемирно известных живописцев и волнующего средневековья… Геелс не принадлежал к богеме: он вырос в пролетарском квартале Харлема. Рууд не был выходцем из что называется традиционной футбольной семьи. Отец Геелса работал простым кондитером, пытаясь обеспечить достойное существование своим детям. Он увлекался спортом, но дело не шло дальше простого любительства. «Папа занимался прыжками в длину и высоту, один из моих троих братьев ходил в секцию дзюдо, а сам я пинал мяч на улице. Футбол был для меня всем», - спустя годы приоткроет завесу тайны своей юности легендарный бомбардир. Когда Рууду было всего семь, он попал в клуб DSS, представлявший четвертый класс Королевской Нидерландской Футбольной Ассоциации. В 12 лет он перешел в полулюбительский «Онзе Гезеллен», где провел три сезона. Красивая легенда гласит, что в одной из игр Геелс забил 12 голов, а его команда выиграла 20-0… Юноша уже тогда отличался не только голеадорским талантом, но и несколько склочным характером. «Великий еретик» футбольной Голландии рассказывал в своей биографии, как пришел на смотрины в клуб «Харлем». «Я пришел в «Харлем» на первую тренировку, и первое, что меня спросили, было: «Чем занимается твой отец?» Глупый вопрос. Больше мне не захотелось играть в этой команде». Карьера футболиста пошла резко в гору, когда шестнадцатилетнего паренька заприметил «Телстар». Ян ван дер Гевель, человек из «Телстара», позвонил родителям Рууда и убедил их отпустить сына в этот голландский клуб, предвидя юноше большое футбольное будущее. Надежды начали оправдываться моментально: немножко побегав за «телстарскую» молодежку, Геелс в возрасте 17 лет отметил свой дебют в Эре выходом на поле против роттердамского «Фейеноорда» - команды, которая в очень скором времени займет особое место в его жизни…

Середина 60-х - особое время в истории голландского футбола, когда причудливо пересекались новые капиталистические и архаичные любительские отношения. Многим приходилась совмещать футбол с работой. Это было время, когда побеждали самые сильные, самые выносливые, самые уверенные в себе люди. Зерна «тотального футбола», проросшие во льду любительства… Рууд был таким. Он подрабатывал маляром и играл за «Телстар». У него были тренировки два раза в неделю. Владелец малярной конторы, в которой он работал, будучи большим фаном этого голландского коллектива, не возражал против того, чтобы Геелс ходил на тренировки в рабочее время. В юности Рууд был настоящим хулиганом: крепкий парень с пышным чубом и мопедом. «У нас по соседству были «Хулиганы» и «Лягушки». Я принадлежал к «Хулиганам». «Лягушки» катались на мопедах марки «Puchies», а мы гоняли на более крепких, низких «Kreidlers» или «Zundaps-red». По своему темпераменту Геелс был игроком «формата» «Фейеноорда». Дерзкий, по-спортивному агрессивный, быстро вспыхивающий, импульсивный, настоящий голландский отморозок в хорошем смысле этого слова. Качества, всегда приветствуемые в самом народном клубе индустриальной столицы Нидерландов. Ничего удивительного, что в 1966 году команда из Роттердама перекупила самородка за 165.000 гульден. Геелсу тогда еще не было восемнадцати. Неплохая сумма, если учесть, что еще десять лет назад клуб отдал за одного из лучших игроков в своей истории Куна Мулейна каких-то двадцать пять тысяч. Трансферт молодого игрока вмиг сделался самой популярной провинциальной новостью. Индикатором общественных настроений стала знаменитая фраза: «Отдать столько денег за этого молодого простофилю!». А один особо дотошный депутат городского совета от Коммунистической партии Нидерландов посчитал, что «Фейеноорд» заплатил «Телстару»… 1270 гульден за каждый фунт веса Рууда Геелса. Феноменальная скрупулезность! Впрочем, зачем нужна дорога, которая не ведет к Храму?

И белые солдаты и багряный рассвет,
Просто белые солдаты вдаль куда-то идут

«Де Куйп» не был храмом, но в нем была какая-то своя, неповторимая энергетика. Нечто, изливающее дух борьбы и героики. Нечто, заставляющее гонять адреналин по крови… Геелс стал своим парнем на «Бочке». Внешне угловатый, но на поверку отлично координированный, как рыба в воде чувствующей себя в силовой игре «корпус в корпус» и сразу же снискавший славу знатного умельца по игре головой, он был типичным сentrumspits в схеме, предполагающей известную жесткость конструкции. Но Уве Киндвалл, легендарный голеадор из Швеции, переехавший в Роттердам примерно в это же время, был хоть на чуть-чуть, но лучше… Нельзя сказать, что харлемец проиграл конкурентную борьбу своему скандинавскому коллегу вчистую (статус игрока ближайшего резерва не помешал, например, «заклепать» за сезон 1967/68 аж 20 мячей), но предпочтение все-таки делалось для более опытного и маститого шведа. Многие помнят первый матч Геелса в рядах «Фейеноорда» против «Аякса». Тон Пронк сказал: «Отпустите Геелса, от него нет толка». За десять минут до конца матча Геелс доказал обратное. Счет был все еще 0-0, когда после фирменного прохода Куна Мулейна Рууд переправил мяч в ворота, установив окончательный результат игры.

Сезон 1969/70, являясь «рубежным» в истории страны и клуба, заслуживает отдельных комментариев еще и потому, что стал, может быть, самым противоречивым в карьере голландца. В первом круге Кубка Чемпионов «Фейеноорд» встречался с «Рейкьявиком». У себя на «Бочке» маасайдеры разгромили соперника со счетом 12:2, причем Геелс забил 4 гола. В столице Исландии гости из Роттердама привезли «Рейкьявику» четыре безответных мяча, а Рууд добавил в свою бомбардирскую копилку еще два точных попадания. Матчи 1/8 финала турнира против итальянского «Милана» ему пришлось пропустить в связи с травмой. Зато у голландца остались незабываемые воспоминания о дуэли с берлинским ФК «Форвертс». Обстоятельства домашнего матча вынудили тренера «портовиков» Эрнста Хаппеля отрядить Рууда на позицию правого защитника. Вынужденная мера себя оправдала: Геелс неплохо освоился в новом амплуа, а «фейе» сумели отстоять нужный для себя результат. До этого команда совершила неудачный вояж в Германию, где была бита со счетом 1:0. Когда «Фейеноорд» приехал в восточный Берлин, чувствовалось заметное напряжение. «Повсюду можно было увидеть военных, даже на стадионе», - вспоминает Легенда. Восточно-немецкие футболисты отличались огромной физической силой, но технически они уступали голландцам, что и предопределило суммарную победу коллектива с города на Маасе… В «Фейеноорде» Рууду довелось поиграть с фантастическими футболистами, одними из лучших в своем поколении. Геелс не тушевался, даже напротив. Его нельзя было назвать мягким, приятным в общении человеком; он не был воплощением джентльменства и добродетелей, эдаким высоким моральным камертоном, вроде Мулейна и ван Ханегема. Отчаянный, нереформированный, запредельно бунтующий человек, не лазящий за словом в карман и не умеющий держать камень за пазухой. На подобном базисе строились и его отношения с одноклубниками, однако порой столь откровенно задиристую тактику можно было принять за конфронтационную стратегию. Ситуация осложнилась, когда у Рууда постепенно начали портиться отношения с главным тренером команды. Жесткий, волевой, скользящий к единоличной диктатуре австриец требовал полного и неукоснительного подчинения и не давал спуску никому. Нашла коса на камень, как говорится... В средневековье короли, посылая своих гонцов в другие государства, чаще всего обратно получали их головы. Когда Хаппель разведал, что Геелс за его спиной ведет сепаратные переговоры с другим клубом, возмущению Профессора не было предела… Месть австрийца была ужасна. Хаппель не только не включил Геелса в список игроков на финальный матч Кубка Чемпионов с «Селтиком», но и не позволил нападающему сопровождать команду в Милан. Решающую игру на «Сан-Сиро» Рууд смотрел не на стадионе, а у себя дома по телевизору. До сих пор в своих интервью Геелс старается тщательно избегать данной темы. «Для меня это было сродни пощечине. Самая черная страница в моей карьере». Понять «белокурого ангела» голландского футбола, изгнанного из роттердамского Эдема, можно: еще вчера человек ходил в героях города, чуть ли не Бога за бороду дергал, а тут такая оказия. Спустя несколько лет клуб из Роттердама предпримет попытку вернуть Геелса на «Бочку», но останется с носом. Бацилла обиды проникла слишком глубоко…

Просто белые солдаты
Улыбаются среди войны.
Среди обязательной войны.

Сезон 1970/71 Геелс начал в новом клубе. «Гоу Эхед Иглз» - некогда легендарный, а ныне почивший в бозе или, что более соответствует истине, голландском Ээрсте, стал прибежищем для бомбардира на два года. Потом был бельгийский «Брюгге»: два сезона, 53 матча, 28 голов и титул чемпиона Бельгии в довесок.

«Дайте нам организацию революционеров, и мы перевернем Россию».

«Дайте нам команду футбольных революционеров, и мы перевернем мир».

Когда Рууд пришел в «Аякс», мир уже был перевернут, а «тотальная революция», триумфально прошагав по свету, медленно, но верно стремилась к своей диалектической противоположности. «Термидор» по-амстердамски, страшный и неотвратимый, провозвестником которого стал птица-горевестник голландского футбола Георг Кнобель – это новый виток истории. Уход с тренерского поста Штефана Ковача в 1973 году спровоцировал, как модно ныне говорить, «эффект домино». Игровой цикл команды вступал в свою закономерную и неизбежную фазу – рецессию. Кнобель не Михелс, Краай не Ковач, Геелс не Кройф. Однако не будем несправедливым к нашему герою, тем паче, когда речь идет о лучших годах в его карьере. Начнем же мы, пожалуй, с истории перехода Геелса в Амстердам. По окончании сезона 1973/1974 Ханс Краай стал преемником с треском провалившегося Кнобеля. Новому тренеру в авральном порядке пришлось латать кадровые дыры. «Аякс» нуждался в услугах опытного, квалифицированного нападающего. На примете у амстердамского рулевого было две кандидатуры. Первая опция – Питер Роб Ренсенбринк. К этому варианту Краай склонялся изначально. Робби был игроком «формата» Кройфа, под которого, однако, в силу довольно высокого уровня футбольной специфичности, пришлось бы по-новому «затачивать» всю игровую модель команды. «Аякс» слишком долго слыл оркестром одного дирижера (хотя знающие ситуацию в клубе изнутри могли бы убедительно доказать обратное), чтобы идти на поклон к очередному эпопту. Кроме того, когда переговоры активизировалась, вдруг выяснилось, что сам Ренсенбринк отнюдь не горел желанием менять место дислокации, предпочтя брюссельскую синицу амстердамскому журавлю. А вот второй «бельгиец» Рууд Геелс согласился сразу же. «Мне нравится, что я пользуюсь высоким спросом». Фраза, более приличествующая профессиональной куртизанке, чем футболисту, звучащая как-то особенно кощунственно из уст экс-фейеноордера. Интересная деталь: Краай, инициировавший переход голландского нападающего, сам имел знаменитое роттердамское прошлое. Неожиданное появление Геелса в Амстердаме не осталось незамеченным. Антагонизм двух футбольных титанов Нидерландов явился не на пустом месте и просто не мог не накладывать соответствующего отпечатка. Есть люди, принципиально не вписывающиеся в по-манихейски разделенную на черное и белое картину взаимоотношений двух грандов с Запада. Янсен, Реп, Кройф, Геелс – породистая компашка футбольных еретиков! Все эти годы Рууд был «злым гением» «Фейеноорда». Говоря о феномене Геелса, многие вспоминают великий «классикер» от первого ноября 1975 года. «Фейноорд» был просто втоптан в газон «Де Меера» со счетом 6:0, причем Рууд отметился пятью мячами! Особенно эффектным вышел гол, забитый в прыжке головой. Когда-то Луи ван Гаал назвал шедевр Денниса Бергкампа в ворота Аргентины «мячом с другой планеты». Мазок кисти другого мастера, придавший законченный вид величественной панораме генерального сражения двух голландских монстров, заслуживал определения «инопланетный» не в меньшей мере. Это была сильная верховая подача. Мяч направлялся в его сторону. Для того чтобы его достать, пришлось воспарить над землей. На какие-то секунды Геелс просто повис в воздухе. Все остальное было делом техники: сильный кивок головы и бильярдный удар в дальний угол, описывающий не берущуюся для кипера траекторию. Вим ван Ханегем, опекавший в ту минуту Геелса, стоял буквально как пригвожденный к земле. Чуть позже «аяксид» Герри Мюррен в своей книге так опишет этот гол: «Первые секунды я просто не понял, что произошло. На мгновение я потерял нерв игры. Когда я что-то заметил, было уже поздно. Оказалось, что Рууд Геелс достал до мяча своей головой и забил невероятно красивый гол».

Годы, проведенные в Амстердаме – это лучшие годы в его карьере. “В том молодом «Аяксе» я мог прекрасно себя реализовать. Хаан, Крол, Сурбиер, Реп и Кейзер. Отличные парни, никаких проблем“. В течение четырех сезонов на «Де Меер» с 1974 по 1978 год он четырежды подряд (!) удостаивался «золотой бутсы» голландского чемпионата, «забомбив» фантастические 123 гола в 131 поединке, и кроме того трижды: 1975, 76 и 77 (!) годах получал награду лучшего футболиста Низких земель. В сезоне 1976/77 «Аякс» благодаря 34 мячам своего ударного форварда вернул скипетр и державу законного монарха футбольной Голландии, покончив со складывающейся было господствующей брабантской ортодоксией в Эредивизие. В Амстердаме Геелс окончательно застолбил за собой репутацию главного «бэд-боя» Нидерландов. Его визитной карточкой стали не только голы на любой вкус («несть им числа, и имя им Легион», как гласят старинные славянские летописи), но и частые желтые карточки, а также забавные (и не очень) выходки в стиле Марка ван Боммеля на поле и вне его. И все-таки, забивать мячи Руду удавалось лучше. На показатели скорострельности не влияли ни командные катаклизмы, ни постоянные уходы и приходы тренеров. Он все забивал и забивал. Стопроцентный «футбольный типаж» Рууда ван Нистелроя. Голеадор как песня, всегда оказывавшийся в нужном месте и никогда не позволявший себе отлынивать на поле. Забьет все, что сможет и немного еще. Гуру удавались разные мячи: удары в касание и с подработкой, удары в падении через себя и с разворота, сильные, крученые удары в дальний угол после выхода один на один, хладнокровно исполненные удары с одиннадцатиметрового. «Аякс» всегда массировано атаковал флангами. Поддерживающие атакующую конструкцию игроки Амстердама, навешивая с краев, знали, что Рууд как всегда окажется на полшажка ближе к мячу, чем соперник. Голландец не обладал стайерскими качествами, но ему удавались чрезвычайно эффективные резкие ускорения на маленькой дистанции, когда Геелс как нож сквозь масло проходил через вражьи оборонительные заслоны. У него не было магии дриблинга, но за счет грамотного выбора позиции, координации и быстроты работы ног, ему не составляло труда передернуть одного - двух защитников. Иногда, подразнивая их, он давал оппонентам приблизиться к себе, чтобы затем, не без оттенка особого сардонического удовольствия, проглотить горе-оборонц аки удав кроликов. И все-таки процент реализации голевых моментов был запредельно высок. Он был Б-гом штрафной. Это была его вотчина, в ней он царствовал безраздельно. Сдержать там «белокурую бестию», рано полысевшего и приобретшего еще более «неформатный» облик, казалось априори лишенным малейшего смысла. Ну и главное. Пожалуй, среди игроков своего времени он, при росте чуть больше 1,80, лучше всех играл головой. Сравнение с молотком и гвоздями напрашивается само собой, но молоток все же инструмент грубый, топорный, а Геелс свои мячи забивал довольно искусным образом, высоко подпрыгивая и зависая в воздухе. Подобные мячи со «второго этажа» можно встретить в репертуаре Патрика Клюйверта…

Последнее время в Амстердаме стало модным спекулировать на тему «похожести» Рууда Геелса и Клааса-Ян Хунтелаара. Пищу для подобной мыслительной деятельности дает и вполне даже сопоставимая с гееловской результативность молодого «аяксида», и чистосердечное признание Клааса-Яна о том, что его героем и эталоном для подражания является ни кто иной как Геелс, и одобрительно-снисходительные отзывы об игре Хунтелаара самого Геелса, и наконец совместное фото двух супербомбардиров, сделанное на одной из раздач амстердамских «слонов» и облетевшее, наверное, все Королевство. Поживем – увидим. Но все-таки, очень бы не хотелось, чтобы карьера лидера атак сегодняшнего «Аякса» в Оранье была хоть чем-то похожей на карьеру в сборной его двойника из прошлого…

Среди обязательной войны.
Среди обязательной войны.

Жаркое лето 1974 года. «Голландское чудо», завезенное на футбольные поля Германии: красота и алхимия «тотального футбола», творимая Кройфом и компанией, лучащийся мудрой и лукавой улыбкой мистагога Ринус Михелс, гальванизировавший веру в Оранье. Чудовищные контрасты настроений и гармоний, невероятно широкие амплитуды переживаний… Только для Рууда все оставалось неизменным. Он начал мундиаль на скамейке запасных и там же его закончил. «Ожидание тренеров были слишком высоки, ко мне было слишком много внимания, и ровно в такой же мере сопутствовал цинизм», - так будет вспоминать этот Кубок мира Геелс. Он не сыграл ни одного матча в Германии. Кто знает, может быть, в финальном поединке турнира с немцами голландцам не хватило именно его пробивной мощи, как в 2000 году не менее эстетской сборной Оранье не хватило пробивной мощи Рууда ван Нистелроя в полуфинале с Италией… Кстати сказать, визит в Германию не прошел бесследно для его здоровья. Все это время Геелс мучился с повышенным артериальным давлением. Короче говоря, по прибытии домой у Рууда случился настоящий нервный срыв. Бомбардиру даже пришлось обратиться к амстердамским психиатрам и пройти курс психологической реабилитации. «У голландского футбола появился свой Ван Гог» - как мрачновато пошутил один нидерландский журналист. Депрессия была углублена в мае 1976-го, незадолго до начала Евро. Рууд очень тяжело пережил смерть своего близкого друга и бывшего товарища по команде Нико Рейдерса. Рейдерс начинал в «Аяксе», а потом перешел в «Брюгге», где выступал вместе с соотечественником. Он несколько раз терял сознание во время матчей и умер в результате сердечного приступа. Геелс: «Аякс сразу же отпустил его в «Брюгге». До сих пор меня волнует один вопрос: знали ли тогда в Амстердаме о его проблемах с сердцем и отпустили Нико по этой причине»... И все-таки Рууд не мог не поехать чемпионат Европы в Югославию…

В оранжевом цвете есть веселое притяжение смерти, экстаз саморазрушения, приятное ощущение срывающей голову эйфории у начинающего кокаиниста… Голландцы собрали жатву скорби и уныния на том турнире даже несмотря на то, что под сень знамени Оранье стеклись все те, кто два года назад творил мечту на немецком мундиале… Полуфинальный матч Нидерланды – Чехословакия, получивший название «мясорубка в Загребе», стал первым актом истории «крестовых» голландских экспедиций против «неверных», основные главы которой будут на скорую руку писаться в начале «нулевых». По окончании невероятно жесткой игры имя английского рефери Томаса Клифа, удалившего двух «стержневых» игроков середины команды Неескенса и ван Ханегема и показавшего желтую карточку лидеру сборной Йохану Кройфу, стало нарицательным. Чехословаки, у которых в тот вечер куражился в воротах бесподобный Иво Виктор, вырвали победу у обескровленного соперника 3:1, причем забили два мяча в уже добавленное время. Рууд вышел на замену, но его появление не могло переломить ход матча. Зато 'breekijzer' голландской сборной с первых минут вышел на поле в матче за бронзу с югославами и буквально на своих плечах вытащил Оранье к пьедесталу. Он забил дважды, причем второй, решающий гол провел уже на 112 минуте. Матч Нидерланды – Югославия вошел в золотой фонд истории голландского футбола, а Рууд Геелс на какое-то короткое время почувствовал себя полноправным хозяином «оранжевой» атаки.

В 1977 году новым главным тренером «Оранжада» стал старый знакомец Рууда Эрнст Хаппель, которому было поручено готовить недерланс элфтал к аргентинскому мундиалю. Принципиальный австриец не включил к тому времени трижды подряд лучшего футболиста года в Голландии в окончательную заявку Кубка мира! «Анфан террибль» Эредивизие сыграл несколько товарищеских матчей под началом Хаппеля, после чего был ниспослан последним в долгое пешее эротическое путешествие. Еще одна звонкая пощечина супербомбардиру из Харлема. А вообще, что касается Геелса, сложилась удивительная ситуация: самый результативный футболист своей эпохи провел за сборную всего 20 матчей, в которых забил 11 мячей. Вопрос взаимоотношений Рууда и национальной команды относился к числу реально существовавших «болевых» точек той эпохи.

И белые солдаты никуда не спешат
Просто белые солдаты молча знают своё
Просто белые солдаты улыбаются среди войны

В 1978-ом Рууд принял предложение бельгийского «Андерлехта». Провел в Брюсселе годик, забив в 29 матчах 25 голов и составив умопомрачительную связку в нападении бело-лиловых с «оранжевым» собратом по оружию Питером Роб Ренсенбринком. Одним словом, съездил удачно: даже разнообразил свою коллекцию титулов Суперкубком Европы. 1979 год – новый этап, роттердамская «Спарта», где, между прочим, вовсю нагонял страха (интересно на кого, правда) Луис «Ползучий голландец» Алазоич ван Гаал. Первый сезон вышел комом: результативность прославленного голеадора остановилась на отметке в 13 мячей. Зато уже в следующем последовал очередной рывок – 22 точных попадания. И хотя «Спарта» не снискала лавров в чемпионате, Рууд в пятый раз в своей карьере стал топскорером Эредивизие. Любопытная деталь: бомбардиру из Страны тюльпанов так ни разу и не покорилась Золотая бутса Европы. Были бронзовые, была серебряная, но золотая – ни разу (кстати сказать, похожая история наблюдалась во взаимоотношениях другого голландца Ренсенбринка с Золотым мячом). Судьба как будто мстила ему за частые смены команд: заветный приз каждый раз уплывал буквально из-под носа. Ближе всего элемент экипировки футболиста, инкрустированный золотом, был в 1975 году, когда румын Дуду Джорджеску экспроприировал награду за счет феноменального рывка на финише. Помните, как у Бернарда Шоу: «Тот, кто никогда не знал надежды, не может отчаиваться»…

В 1981 году он поставил свою подпись под контрактом с… ПСВ Эйндховен, став, таким образом, одним из немногих футболистов, поигравшим за каждый из клубов традиционной «Большой тройки» Нидерландов. Случай действительно почти уникальный. С 1981 по 1983 год он играл в Эйндховене, где в сезоне 1981/82 забил 15 голов в 27 играх, управляя совместно с ван дер Керкховом и Торсеном легендарной брабантской «een-op-een». И все-таки Рууд постепенно начинал снижать обороты. В 1983 году он перешел в «Бреду», в которой и попрощался с профессиональным спортом. Ушел легко и талантливо. «Время колокольчиков» в голландском футболе заканчивалось... Последние аккорды, последние переливы…

Среди обязательной войны.
Среди обязательной войны.
Среди обязательной войны.

По завершении футбольной карьеры Рууд вел довольно затворнический образ жизни, предпочитая уделять свободное время любимой супруге Линде, на которой женился в возрасте 19 лет, и воспитанию детей, коих у плодовитого во всех отношениях бомбардира набралось аж четыре штуки! И все-таки однажды он прервал обет молчания. Это случилось погожим дождливым днем, когда к нему в гости постучался Тео Фаэссен, репортер либеральной "Limburgse". Он начал говорить и больше не останавливался. Геелс часами рассказывал о своих ратных подвигах в высших дивизионах Голландии и Бельгии: каждая новая история казалась очаровательней прежней… Уже собираясь прощаться с журналистом, он вынес маленькие футболки своих сыновей. Футболки клубов «Аякса» и ПСВ. Тогда Тео сказал: «Рууд, они должны быть в книге. Ваши дети и вы»… Презентация автобиографии Легенды стала настоящим событием в жизни голландского королевства. Достаточно сказать, что предисловие к книге написал тренер АЗ Луи ван Гаал, старый приятель Геелса еще со времен совместных выступлений за «Спарту». Он же получил и первую копию. Книга, вышедшая в свет через двадцать лет после того, как Рууд сыграл свой последний матч, стала без сомнения настоящим подарком для тысяч поклонников голландского футбола… Дело не в тиражах, важнее другое:

Рууд Геелс все-таки не проиграл свою «обязательную войну». Но и не выиграл. Ведь в войне против самих себя никогда не бывает победителей…

* - В настоящей работе были использованы строчки из песни группы «Гражданская оборона» «Белые солдаты» (альбом «Долгая счастливая жизнь»). Автор заочно изъявляет благодарность Тому, кто прошел свою «обязательную войну» до конца. Дальше идем сами…

......................................

Anton Bykov при непосредственном участии Leo van Zil’а и VAL’а.

«Оранжевый НЕ ФОРМАТ»

15/03/2008

......................................п

Спасибо Лесси просто за то, что она есть…