К СТОЛЕТИЮ КЛУБА: ШВЕД, СТАВШИЙ ГОЛЛАНДЦЕМ

Ове Киндвалл – легенда не только для болельщиков «Фейеноорда». Каждый нападающий, мечтавший пойти по его стопам, поклонялся наследию результативного шведского форварда. В 144 матчах, которые он провел за «Фейеноорд», им было забито, подумать только, 129 голов. Странно, но в некоторые периоды времени он был менее результативен, особенно в зимние месяцы, тем не менее, в среднем он отличался в девяти матчах из десяти, что само по себе является действительно невероятным.

Ове Киндвалл и Гарри Билд позируют перед камерами перед дебютом Киндвалла в выездном матче против «Спарты» (сентябрь 1966 года)

Предыстория

Ове Киндвалл начал свою футбольную карьеру в приморском городке Норркопинг, где он родился и вырос, в одноименном клубе ИФК «Норркопинг» ( IFK Norrkö ping). Его отец также был футболистом этого клуба, но никогда не играл выше, чем во второй команде. Ове же достиг большего успеха, уже в юном возрасте дебютировав в первом составе, где затем играл с опытнейшим Гарри Билдом. Но оба они мечтали о большем…

В конце 1965 года Билд стал первым легионером в «Фейеноорде». Он великолепно проявил себя в играх за роттердамский клуб, и, наверное, поэтому, голландцы годом позже приняли решение пригласить его соотечественника.

Киндвалл, выступавший за любительскую команду, очень хотел перейти в другой клуб. Он мечтал стать профессионалом, а в Швеции это было невозможно. К 23-летнему Киндваллу проявляли интерес из Испании и Италии, но он в конечном итоге выбрал «Фейеноорд». Не только потому, что там уже играл Билд, но и потому, что он надеялся, что в Голландии к футболу относятся менее фанатично. Тогда он говорил: «В Южной Европе я мог бы заработать намного больше, но пожертвовал бы шестью годами жизни: тренировочные базы, воинственная атмосфера, и никакой свободы передвижения, чтобы отдыхать, чтобы жить. Футбол значит для меня много, но не все в этой жизни. Это должно оставаться приятным занятием и именно этого я жду в «Фейеноорде».

Киндвалл против Вилема II

Октябрь 1966 Гарри Билд пробует догнать прорвавшегося Киндвалла во время матча «Фейеноорд» – «Виллем II» (5:1)

Трудный старт

В первом сезоне в клубе 1966/1967 годов Киндвалл действовал как нападающий рядом с Билдом при системе 4-2-4. Ему было очень трудно в эти первые полгода. «Футбол здесь совсем иной, чем я привык и не понимал, что говорят вокруг. Ты должен найти себя в команде, узнать кто рядом с тобой и на что они способны. Была зима, и было так сыро! Мы не играли зимой, и сыро у нас тоже не было. Я не люблю играть в футбол в слякоти, тогда я чувствую себя ослабленным».

В глазах тренера Вилли Кмента этот дуэт действовал не подобающим образом. И Киндвалл часть сезона провел на скамейке запасных . «Это меня сильно задевало. Я был не так спокоен, как выглядел. Я был очень чувствителен к критике. В тот момент люди говорили даже такие фразы как «ненужное приобретение». К тому же я не знал ни слова по голландски и чувствовал себя очень одиноким. Но если посмотреть назад, думаю все это только пошло мне на пользу. Из простого любителя я за эти шесть месяцев дорос до профессионала».

Однако события развивались таким образом, что Киндвалл в 23 играх забил 22 гола, что никак не говорит о «ненужном приобретении». Но, может быть, тренер Кмент сомневался в перспективности Киндвалла в набирающем физической мощи футболе, так его рост не превышал 176 см, а вес меньше 70 кг. В 1967-ом году Билда покинул клуб, однако это никак не сказалось на игре его земляка.

С тех пор Киндвалл вышел на главные роли в роттердамской атаке. «Возможно, для меня было хорошо, что Гарри уехал. Я восхищаюсь им и считаю его удивительным футболистом, но, вероятно, несознательно излишне подчинялся ему. Я часто делал ему передачи, когда сам имел прекрасную возможность забить». (Киндвалл в 1968-ом году)

Киндвалл запасной

После трудного первого периода Киндвалл чувствовал себя в Нидерландах все более комфортно. Не долго длились и проблемы с языком. В школе он интересовался языками и изучал английский, немецкий и французский. Вместе со своей женой Киндвалл читал голландские газеты и смотрел телевизионные передачи. Когда им попадалось незнакомое слово, они пробовали понять его значение. Без каких-либо курсов они, таким образом, освоили язык.

Киндвалл с супругой ходили куда-нибудь сначала преимущественно с семьей Гарри Блинда и постоянно общались с голландцами. Оказалось, что люди общаются здесь иначе, чем они привыкли, но шведам показалось это отличным: «Ты можешь прийти к другому просто так и без всякой договоренности. Это легко, это было прекрасное открытие, что нет необходимости в формальности и сдержанности как в Швеции».

Без усилий произошла адаптация и к новой кухне: «Еда здесь великолепна. Кушать в ресторанах стало открытием для нас. В понедельник я был обычно свободен, и мы всей семьей ездили в Бреду или Дордрехт куда-нибудь поесть».

Дома жена Киндвалла часто готовила шведскую еду, но типичные голландские блюда, такие как гороховой суп или крестьянская капуста также часто появлялись на столе в южном Роттердаме, где жили Киндваллы. Но кое-чем с переездом в Голландию пришлось пожертвовать: «Здесь нет такого кофе как в Швеции, это потеря. Мои родители присылают его, у нас есть даже специальный шкаф со шведскими продуктами».

Ове Киндвалл обошел голкипера АДО Тон Ти и готов реализовать момент («Фейеноорд» – АДО август 1969-го года)

Нападающий нападающих

Главным оружием Киндвалла была скорость и голевое чутье. Швед всегда оказывался там, где надо и там, где мог получить мяч. Он не обладал сильным ударом или арсеналом сверкающих передач, его игра была проста и эффективна.
Утомление как впервые месяцы он больше никогда не ощущал, но были периоды с меньшей результативностью. Зимние месяцы оставались проблемой. «В Швеции мы совсем не играли зимой. Тогда у нас наступало время для других вещей. Может быть, я слишком много думаю об этом, когда стою зимой здесь на мокрых прохладных полях. Да, в зимние месяцы я часто думаю о Швеции, и это не лучшим образом влияет на мою игру». (Киндвалл в марте 1968)

Когда дела шли не очень, Киндвалл проявлял склонность пробежать больше метров и тяжело поработать. Тогда он позволял себе в центре поля набивать мяч и показывать страсть к работе. Тренер Хаппел не должен был против этого, но он часто говорил ему при возможности, что совершенно очевидно, что его основная задача не работать, обливаясь потом, а забивать. Киндвалл должен был быть для австрийца первым в нападении и использовать свои мозги.
Кроме всего прочего, Киндвалл был очень скоромным и профессиональным игроком. Он никогда не кричал и не ругался, а свое недовольство тем, что происходит на поле, проявлял жестами. И сначала у него из-за этого возникали проблемы с судьями. В их глазах такая спонтанная реакция была формой протеста. Но позже он поняли, что Киндвалл, размахивая руками, обычно выражает свою сердитость лишь на себя.

Только один раз Киндвалл позволил себе лишнего. В матче против НАК он акцентировано толкнул соперника. После, признав вину и искренне раскаявшись, он без возражений принял дисквалификацию.

Ове Киндвалл смотрит, как мяч, который он перекинул через вратаря, залетает в ворота («Фейеноорд» – «Селтик» май 1970-го года)

Абсолютной вершиной карьеры Киндвалла без сомнения является гол, который он забил в дополнительное время финала Кубка европейских чемпионов в Милане. Оставалась всего одна минута до конца матча, исход которого подразумевал переигровку, когда Ринус Израел получил право на свободный удар. Капитан предпочел сделать длинную передачу на Киндвалла, который в этот момент выбежал из-за спины своего оппонента. Пока мяч летел в воздухе, защитник «Селтика» осознал, что внезапное появление Киндвалла рядом с ним является роковым. Мяч летел высоко для того, чтобы сыграть головой, тогда он попробовал, отклоняясь назад, остановить мяч руками. Он задел мяч! Это был чистый пенальти, но свистка не было. Защитник «Селтика» коснулся мяча, но этого не хватило, чтобы изменить направление его полета, так что спортивный снаряд снова вернулся к Киндваллу, и судья принял правильное решение не останавливать игру. Нападающий не колебался, и, обработав мяч, который было весьма непросто остановить, ловко обыграл голкипера. Так свершился самый большой успех в истории Роттердамскго клуба.

«Да, это был золотой гол в моей карьере. Голкипер точно не мог парировать этот мяч. С долей везения я бы забил еще два гола, но я полностью доволен и одним» (сразу же после матча).

Сезону 1970/1971 предстояло стать последним для Киндвалла в «Фейеноорде». Это был не самый лучший год. «Закончился чемпионат мира 1970 в Мексике. Силы были подорваны, и у меня почти не было отпуска. Я не мог так легко как ранее забивать, как я делал в моем лучшем состоянии. И тогда пошли странные разговоры. Например, «Этот Киндвалл наверно хочет поехать назад в Швецию, и поэтому от него больше нет толку». Это были, конечно, бессмысленные замечания, но меня они задевали».

По истечении половины сезона на его счету было всего 10 голов, но так как он в последней части сезона забил 12 раз в 11 матчах, он все же смог стать лучшим бомбардиром Голландии. Киндвалл был воодушевлен поддержкой публики перед последним матчем, и во чтобы то ни стало решил показать что-то особенное и еще раз стать лучшим голеадором. К большой радости ему это удалось. В последнем матче сезона, в прощальном матче, он забил два раза. «Фейеноорд» стал чемпионом, Киндвалл – лучшим бомбардиром.

Киндвалл забивает в матче за чемпионство против «Харлема», «Фейеноорд» – чемпион, Киндвалл – лучший бомбардир (Киндвалл против «Харлема» июнь 1971-го года)

Прощание

Киндвалл объявил о своем отъезде. Нападающий, который уже годом ранее купил дом в Норркопинге, решил, что пришло время вернуться назад в Швецию. Он был доволен тем, чего добился с «Фейеноордом» и отныне видел свое будущее вне спорта. Тогда многие не понимали, почему 28-летний футболист решил уйти в расцвете своей карьеры. Разговоры об отъезде велись и ранее, но каждый раз контракт все же продлевался.

Дик Схидер и Эдди Трейтел, которые стали друзьями Киндвалла, пробовали его отговорить, другие игроки также просили, чтобы он остался. Но после того как он еще раз все обдумал, ничего не изменилось. Даже когда «Фейеноорд» изменил контракт и предложил ему еще более выгодные условия, швед не передумал.
По словам самого Киндвалла он руководствовался тем, что лучше для его жены и ребенка. Всегда оставалось немного тоски по родине. «Я, может быть, никогда бы не уехал, но мы должны были играть на второй день рождества, в новый год. А сейчас у меня свободны целые недели. Мой отец приезжал не менее 8 раз в год, он хотел видеть матчи. Позже стала приезжать и моя мать. И летом мы, конечно, ездили домой, и набивали всю машину продуктами. Мы очень истосковались по дому за эти пять лет. Наш старший сын должен пойти в школу, и пришел момент принять решение. У моей жены проблемы с легкими и ей совсем не подходит этот влажный климат».

В 1970-ом году семья Киндваллов ставит точку в вопросе отъезда в Швецию.

Друг Ове Дик Схиндер задается вопросом, является ли желание семьи вернуться на родину основной причиной отъезда. «В последний сезон, когда Ове был с нами, атмосфера в команде оставляла желать лучшего. Мы еще сумели стать чемпионами, но это было невероятно трудно в условиях некомфортного общения в раздевалке. Ове был далек от всех склок, но в то же время он был необычайно чувствителен к ним. Он был очень оптимистичным человеком. Если он, например, упускал шанс, то говорил: в следующий раз будет лучше». Я считаю его настоящим Человеком».
В январе 1972-го года Киндвалл в одном из интервью коснулся темы своего ухода из голландского клуба. Он ни о чем не сожалеет, но готов признать, что скучает по «Фейеноорду». «Сейчас у меня отличное место работы в отделе продаж большой шведской бумажной фабрики. Я прекрасно устроился. Но я должен честно признаться, что я немного тоскую по «Фейеноорду», особенно по его болельщикам. Я до сих пор получаю много писем от фанов этой замечательной команды, а иногда они даже присылают мне подарки. Это очень много значит для меня. Из-за критики на страницах прессы, в свое время, я потерял много друзей, но сейчас я начинаю осознавать, насколько весело быть голландцем. Они более свободны в общении, чем шведы. И вообще – отличные ребята. Однако все это не перевесило будущего моей семьи. К тому же «Фейеноорд» взял на мою позицию Лекса Схунмакера. Я понимаю, что он не сразу адаптируется к команде, но в АДО он играл хорошо, и скоро рассеет все сомнения. «Фейеноорду» лишь нужно подождать немного, пока он акклиматизируется.
Однако фанаты были меньше уверены в Схунмакере, о чем свидетельствует тот факт, что они регулярно скандировали имя его шведского предшественника. В конечном итоге Схунмакер всерьез обиделся на такой прием, из-за чего, возможно, «затух» и стал в истории «Фей» первым неудачным шведским приобретением. А что же Киндвалл? Он играл до 1974 в ИФК «Норркопинг» на своей привычной позиции атакующего полузащитника, и под занавес карьеры был вызван в национальную сборную на чемпионат мира в Германии, где с честью защищал цвета своей страны, играя так, как он привык в «Фейеноорде»: просто и честно.

По материалам http://www.feyenoordgeschiedenis.net/

Liesje & Альберт
"Оранжевый НЕ ФОРМАТ"
/19/07/2008/

 

 

 

Copyright © hollandomania.ru 2004-2010.

О проекте